«Нельзя молиться за царя-ирода. Богородица не велит...»

Стараниями губернатора Орловской области и прочих, типа, патриотично настроенных граждан, на одной из площадей города установлен памятник всенародному упырю, которого страна знает под именем "Иван Грозный".

Эта вызывающая акция повергла в ужас не только тех, кто мало-мальски знаком с историей, но и клириков. Всего один пример. Именно по приказу царя придворный палач Скуратов задушил митрополита Всея Руси Филиппа за то, что тот отказался благословить военный поход на Псков и Новгород. Не говоря уже о том, что «помазанник» наследил в Печорах, когда лично отрубил голову мирному монаху, игумену монастыря Корнилию, который вышел за ворота обители, чтобы встретить царя. Это случилось в 1547 году. Кто-то скажет: давно это было! Так и Гитлер на нас давно нападал, а вот помним. Понятно, что царь-схимник откупился от обители, наградив ее селами, золотом, книгами. Даже трубу военную подарил. Но разве это умаляет его преступление? Г-ну Потомскому, видимо, не доложили, что сотворил Грозный, например, в Великом Новгороде. По разным оценкам присоединение города к царству Московскому стоило жизни от 15 до 60 жителей. Не говоря уже о том, что по личному приказу царя в городе были убиты все (!) монахи. Вот как описывает эти события Карамзин.

-  В мгновение ока Новгород превратился в громадную темницу. Судили Иоанн и сын его таким образом: ежедневно представляли им от пятисот до тысячи и более новгородцев. Их били, мучили, жгли каким-то составом огненным, привязывали головою или ногами к саням, влекли на берег Волхова, где сия река не мёрзнет зимою и бросали с моста в воду, целыми семействами, жён с мужьями, матерей с грудными младенцами. Ратники московские ездили на лодках по Волхову с кольями, баграми и секирами: кто из вверженных в реку всплывал, того кололи, рассекали на части. Сии убийства продолжались пять недель и заключились грабежом общим ("История государства Российского")

И что, в конце концов, получила страна? Спустя 600 лет памятник в центре России патологическому садисту. Писатель Проханов может сколько угодно провозглашать осанну русскому Дракуле, но из песни слова не выкинешь: полководец он оказался некудышним. Например, позорно проиграл Ливонскую войну. При нем были потеряны Полоцк, Велиж, Иван-Город, Ям, Копорье... Уже не говорим, что прямым следствием его правления стало Смутное время. Однако эти обстоятельства не стали препятствием явить стране «светлый образ» всероссийского благодетеля. Можно, конечно, говорить, что Европа знала правителей и пострашнее, но там и памятники им не ставят. Важное замечание: тогдашних летописцев поражал не столько масштаб, сколько изощрённый садизм (курсив авт.) русского царя и выходившее за пределы какой-либо логики истребление собственного народа. Установка памятника палачу - теперь так у нас называется «восстановление исторической справедливости»? Может, нам еще и Чикатило мемориальную доску забабахать – говорят, он детей беззаветно любил. А в Пскове, например, можно объявить конкурс на создание памятника герою польского народа атаману Булак-Балаховичу, чью фамилия еще в советское время сбили с памятника Жертвам революции. С недавних пор этот персонаж считается там чуть ли не героем сопротивления – по одной из версии он погиб во время перестрелки с немецким патрулем, когда спешил на конспиративную квартиру.

Возвращаясь к царственному садисту, зададимся вопросом: откуда в обществе это странное всепрощением убийцам? Так ведь недолго дойти и до того, чтобы на бородинском поле усадить на бронзовый барабан Наполеона. Та же самая история и с бюстом Сталина, который сейчас красуется в деревне Холматка, что в Островском районе. Объяснение, что «из песни слова не выкинешь», надо сказать, весьма лукавое: дескать, носила линия его имя, поэтому нужно установить обелиск. Если уж Русское военно-историческое общество так печется об исторической справедливости, то можно было ограничиться одной фамилией с короткой справкой, что в первые месяцы войны СССР, благодаря полному отсутствию военного гения у недоучившегося семинариста Джугашвили, в плену оказалось до 3 млн советских солдат и офицеров. Не говоря уже о массовых репрессиях в отношении мирных жителей до и после войны.
И тут мы подошли к самому интересному, потому что Иван Грозный своей популярностью, скорей всего, обязан именно Иосифу Виссарионовичу, который нуждался в историческом оправдании своих чудовищных преступлений. Для этого Сергею Эйзенштейну было поручено снять фильм-индульгенцию кровавому большевистскому абсолютизму. Но кинорежиссер, продравшись сквозь личную цензуру вождя, создал шедевр, в центре которого не триумф убийцы, а человеческая трагедия власти. Растиражированный и пропиаренный пропагандой фильм, тем не менее, крепко вбил в некоторые головы миф о мудром царе, который залил страну русской кровью ради своих болезненных прихотей. Видимо, этому мифу и был поставлен памятник в Орле, хотя в анамнезе Иван Васильевич был клиническим параноиком, страдающим эпилепсией. Не говоря уже о срамных болезнях, которые всегда сопровождают человека похотливого, ведущего развратный образ жизни.
Если некоторых граждан преследует навязчивое желание бить поклоны кровавому упырю и растлителю – ваше право, господа хорошие.

Автор: 

  • ГЛАВНЫЙ РЕГИОНАЛЬНЫЙ